Авторы: Андрей Константинов, Григорий Тарасевич
Трое математиков и трое физиков собираются в другой город на конференцию. Встречаются перед кассой на вокзале. Первой подходит очередь физиков, и они, как положено, покупают по билету на человека. Математики же покупают один билет на всех.
— Как же так? — удивляются физики. — В поезде контролёр, без билетов вас выгонят!
— Не волнуйтесь, — отвечают математики, — у нас есть МЕТОД.
Перед отправкой поезда физики рассаживаются по вагонам, а математики набиваются в туалет. Когда контролёр стучит в дверь, оттуда высовывается рука с билетом. Контролёр забирает билет, и дальше все без проблем едут в пункт назначения.
После конференции учёные вновь встречаются на вокзале. Физики, воодушевившись примером математиков, покупают один билет. Математики — ни одного.
— А что вы покажете контролёру?
— У нас есть МЕТОД.
В поезде физики набиваются в один туалет, математики в другой. Незадолго до отправления один из математиков подходит к туалету, где прячутся физики. Стучит. Высовывается рука с билетом. Математик забирает билет и возвращается к коллегам.
Мораль: нельзя использовать математические методы, не понимая их.
Этот анекдот явно сочинили не физики, а математики. И их следовало бы упрекнуть не только в аморальности (обманывать нехорошо), но и в оторванности от жизни: проводники проверяют билеты уже при входе в вагон. Да и вообще физики, как правило, умеют зарабатывать и тратить деньги много лучше математиков, зато среди них гораздо меньше людей, способных, подобно Перельману, отказаться от миллиона из принципа.
Впрочем, поезд и билеты в данном случае метафора. Суть анекдота в высмеивании бездумного использования методов. Но и здесь физики могли бы возразить: «Это вы витаете в эмпиреях, для вас математические методы — игра ума, а мы-то как раз понимаем, для чего они нужны и как их применить в жизни».
Так кто же лучше понимает матметоды? Проблема в том, что одна сторона этого понимания связана с тонкостями математики, а другая, не менее важная, — со знанием жизни, конкретной сферы, которую будут моделировать.
Метод — суть любой науки, и в основе его, как правило, лежит математика. Но что изучает сама математика? В школе мы применяем её слепо — подставляем цифры в готовые формулы, не понимая, почему мы это делаем. Так же поступили и незадачливые физики из анекдота. Лишь уразумев, почему мы совершаем то или иное действие, можно приспособить метод к реальной жизни.
- Гуманитарная часть редакции «КШ» на всякий случай напоминает, что безбилетный проезд является административным правонарушением (статья 11.18 КоАП РФ), которое карается штрафом и прочими неприятностями.
// Учёный в баре
Заходит Паскаль в бар, а в баре сто тысяч паскалей.
Вам не смешно? Очень странно! Сейчас попробую объяснить. Завязка «Заходит в бар…», скорее всего, перекочевала к нам из американской культуры, где она играет примерно ту же роль, что у нас «Встречаются русский, американец и француз…» или «Возвращается муж из командировки…». Часто она используется в научных анекдотах. Кто только не посещал питейное заведение! Электрон с нейтроном, тахион, атомы инертных газов и даже бесконечное число математиков.
В нашем случае в бар заходит Блез Паскаль (1623–1662) — великий французский интеллектуал, который и философские трактаты составлял, и вычислительную машину изобрёл, и много чего ещё сделал в математике, физике и других науках.
Дальше начинается игра слов. Обыденное значение слова «бар» — место, где можно выпить. Но точно так же называется единица измерения давления, происходящая от греческого βάρος— тяжесть (отсюда барокамера, минерал барит, частица барион).
Один бар примерно равен давлению земной атмосферы, чем и удобен. Но есть другая единица измерения давления — паскаль, который соответствует воздействию силы в один ньютон на площадь в один квадратный метр. Бар равен 10^5 паскалей, то есть французский мыслитель увидел сто тысяч себя не с пьяных глаз, а вполне объективно.
В 1971 году Генеральная конференция по мерам и весам признала паскаль основной единицей для измерения давления. Все остальные считаются внесистемными. Например, в России миллиметры ртутного столба используют в медицине и метеорологии, а бары — в промышленности.
Вообще, практически за каждой физической единицей стоят учёные прошлого: Джеймс Ватт, Исаак Ньютон, Андре-Мари Ампер, Шарль Кулон, Алессандро Вольта, Джеймс Джоуль и т. д. Реальные люди со своими судьбами и особенностями характера. При наличии элементарных знаний по физике и чувства юмора анекдоты можно сочинять почти бесконечно.
// Спорщики-экономисты
Первый закон Экономистов: для каждого экономиста существует равнозначный экономист, утверждающий обратное.
Второй закон Экономистов: ни один из них не прав.
Этот анекдот тыкает острой палкой не только в экономистов, но и в прочих «гуманитариев». Науки о человеке и обществе потому и противопоставляют точным наукам, что о точности тут речи не идёт, особенно о точности предсказаний. Но экономисты на особом счету, ведь их прогнозы касаются наших денег. Да и дискуссии в их среде отличаются особой остротой.
Гуманитарии всегда любили поспорить, какая из их наук — философия, культурология, литература, психология и т. д. — больше похожа на «настоящую». Победитель в этом споре словно занимал более высокое место в негласной иерархии наук. Как писал лауреат Нобелевской премии по экономике Пол Кругман, «если вы будете хорошим экономистом, то в следующей жизни родитесь физиком, но если плохим — стать вам социологом».
А другой нобелевский лауреат, лидер Чикагской экономической школы Джордж Стиглер в ответ на вопрос, почему Нобелевку не дают историкам, социологам и психологам, сказал, делая вид, что шутит:
— Не беспокойтесь: они борются за Нобелевскую премию по литературе.
Впрочем, мудрецы не раз отмечали, что многообразие подходов и точек зрения — не недостаток гуманитарных наук, а, наоборот, достоинство. Если реальность намного сложнее, чем системы описания, которыми мы располагаем, то самый правильный путь — допустить, что разные точки зрения дополняют друг друга, и не пытаться монополизировать истину.
Злом будет «единственно верная точка зрения», как случилось в СССР с марксизмом, превратившимся в догму. Наибольшая опасность, которая грозит гуманитарным наукам, — стать инструментом обслуживания и оправдания власти. Но множественность точек зрения и открытые научные споры как раз и являются противоядием от этой напасти. Иначе получится как в анекдоте:
Математик, бухгалтер и экономист нанимались на работу. Математика спросили:
— Сколько будет дважды два?
— Четыре.
Бухгалтер на тот же вопрос ответил:
— В среднем четыре. Десять процентов туда, десять сюда, но в среднем четыре.
Третьим вызвали экономиста:
— Сколько будет дважды два?
Экономист закрыл дверь, занавесил окно, придвинулся поближе к собеседнику и спросил:
— А сколько вам надо?
// Анекдоты про физические единицы измерения
— В чём сила, брат?
— В деньгах.
— Вот и мой брат говорит, что в деньгах! А я думаю, сила — она в ньютонах!
Комментарий. Один ньютон — сила, изменяющая за 1 секунду скорость тела массой 1 кг на 1 м/с в направлении действия силы.
В прошлом году научный мир отмечал 330 лет со дня рождения великого немецкого учёного Габриеля Фаренгейта — или, что примерно то же самое, 166-летие со дня рождения великого шведского учёного Андерса Цельсия.
Комментарий. Чтобы перевести градусы по шкале Фаренгейта в градусы Цельсия, нужно вычесть из исходного числа 32, а полученный остаток помножить на 5/9. С годами так поступать не стоит: на самом деле Андерс Цельсий родился 316 лет назад.
В честь Дня физика город Омск переименован в Вольт-на-Амперск.
Комментарий. Один ом равен электрическому сопротивлению проводника, между концами которого возникает напряжение 1 вольт при силе постоянного тока 1 ампер.